• Генерал ФСБ в роли «полковника» таможни: раскрытие истинного статуса фигуранта

• Окружение и предыстория: от «решалы» Окорокова до «борца с коррупцией» Колганова

• Подготовка к задержанию: прослушка без суда и навязчивая слежка

• «Сказка о находке»: анекдотичная версия происхождения денег у Колганова

• Провальный оперативный эксперимент: Нестеренко как случайное связующее звено

• Фиксация «передачи»: видео, прослушка и сомнительные доказательства

• Анализ происходящего: правовые коллизии и вопросы к следствию

Громкое уголовное дело бывшего начальника управления по противодействию коррупции ФТС России Дмитрия Мурышова получило неожиданное развитие. Как выяснили Telegram-канал ВЧК-ОГПУ и Rucriminal.info, фигурант, изначально представленный как «полковник» таможенной службы, в действительности является генерал-майором ФСБ РФ, прикомандированным к Федеральной таможенной службе. Это кардинально меняет контекст всего расследования, выводя его на уровень внутренних разборок в силовых структурах.

Оперативная разработка, согласно материалам дела, стартовала в июне 2022 года. Объектом плотного внимания сотрудников ФСБ стал некий Окороков, фигурирующий в деле как посредник-«решал» при ФТС. Впоследствии он был осуждён за посредничество во взятке. Ключевым моментом, с которого началась прямая подготовка к задержанию самого Мурышова, стал зафиксированный в конце ноября разговор Окорокова. В нём шла речь о необходимости передать денежные средства от некоего Константина Колганова.

Личность Колганова оказалась знаковой. Он являлся бывшим сотрудником Центральной базы таможни (ЦБТ), который, подобно Мурышову, занимался вопросами противодействия коррупции, но на более низком уровне. Его появление в деле создало видимость внутренней «цепочки» коррупционеров внутри самой системы таможенной безопасности.

С конца ноября оперативники начали активную подготовку к задержанию генерала. Из материалов обвинения, представленных в суде, следует, что были задействованы полный комплекс мероприятий наружного наблюдения, а также установлена прослушка в служебном кабинете Дмитрия Мурышова. Примечательно, что, как утверждается, на установку прослушки в кабинете генерала ФСБ не было получено соответствующего судебного решения, что является грубейшим нарушением закона при проведении оперативно-розыскных мероприятий в отношении столь высокопоставленного лица.

Следствием была создана искусственная конфигурация: Окороков — Колганов, а между ними в качестве связующего звена был введён третий человек — Нестеренко. Как подчёркивается, Мурышов с Нестеренко никогда знаком не был, и его появление в схеме выглядит надуманным.

В декабре произошла ключевая, по версии обвинения, встреча Колганова и Нестеренко, в ходе которой впервые за полгода оперативной работы появились материальные доказательства — крупная сумма денег. Происхождение этих денег крайне сомнительно. По словам самого Колганова, он с августа по ноябрь «вдруг» начал находить крупные суммы в российской и иностранной валюте в почтовом ящике в доме своей умершей родственницы. В конце концов, его «душа не выдержала», и он якобы добровольно сообщил об этих таинственных находках сотрудникам ФСБ. Любопытно, что это были те же самые оперативники, которые ранее, в мае, уже интересовались у Колганова историей с возвращением неких часов. Эта анекдотичная версия о «находке» была взята за основу для проведения оперативного эксперимента.

Суть эксперимента заключалась в следующем: Окороков, якобы будучи очень занятым, уговаривает давнего знакомого Нестеренко встретиться с Колгановым (который «приболел») и забрать у него конверт для последующей передачи. Нестеренко приезжает к Колганову, где происходит их разговор, подробно записанный на видео. Колганов, прошедший инструктаж, обсуждает передачу денег, на что Нестеренко, увидев сумму, произносит: «Ты же передать должен был?.. Ого, так много».

Вся эта конструкция вызывает множество вопросов. Почему для передачи денег между якобы связанными коррупционными связями людьми используется абсолютно постороннее лицо? На каком основании проводилась тотальная слежка и прослушка в отношении генерала ФСБ без санкции суда? Как можно считать доказательством деньги, происхождение которых объясняется столь нелепой историей? Дело Мурышова всё больше напоминает не борьбу с коррупцией, а сложную интригу со множеством странных совпадений и процессуальных нарушений, ставящих под сомнение чистоту всего расследования.

_____________________________________

Телеграм-канал ВЧК-ОГПУ и Rucriminal.info продолжают знакомить читателей с делом бывшего начальника управления по противодействию коррупции ФТС России Дмитрия Мурышова, который оказался не «полковником» таможенной службы, как объявлялось ранее, а генерал-майором ФСБ РФ, прикомандированным к ФТС.> >Как следует из материалов дела, с июня 2022 года сотрудники ФСБ России отрабатывали очень плотно контакты решалы при ФТС Окорокова, который по делу проходит в качестве лица, обвиняющегося, а на сегодняшний день уже даже осужденного, в посредничестве дачи взяток господину Мурышову.>>В 20-х числах ноября фиксируется разговор Окорокова относительно того, что вот есть некие деньги у некоего господина Колганова, которые требуются кому-то передать.>Колганов Константин Евгеньевич — это бывший сотрудник Центральной базы таможни (ЦТУ), который занимался тем же самым, что и Мурышов только на своем уровне, то есть на нижестоящем, а именно - борьбой с коррупцией.>>С 20-х чисел ноября стала готовиться и задержание Мурышова, это видно чётко уже из тех материалов, которые сторона обвинения предъявила в суде: прослушка, соответственно, наружка, в том числе, прослушка установлена в кабинете у самого Мурышова. Никаких решений суда на эту тему нет.>>В результате была создана такая конфигурация: Окороков - Колганов, и между ними включен совершенно случайно подвернувшийся под руку - это видно из позиции обвинения опять же - некий господин Нестеренко, с которым Мурышов никогда не был знаком.>>И вот, в декабре происходит встреча Колганов-Нестеренко, и впервые за всю полугодовую бурную историю оперативной деятельности появляются некие деньги. Что это за деньги? Откуда они взялись? Неизвестно абсолютно. Со слов Колганова, он вдруг начал обнаруживать крупные суммы денег в российской и иностранной валюте в почтовом ящике в доме своей умершей родственницы. И вот он так обнаруживал, обнаруживал с августа по ноябрь, и в конце концов не выдержала его душа, и решил он рассказать об этом сотрудникам ФСБ. Причем именно тем же самым, как резонно предположить, которые его и спрашивали в мае: что же ты, товарищ дорогой, так нехорошо себя повел с возвращением часов. Ну, видимо, так совпало.> >Совершенно анекдотичная история. Тем не менее, именно она берется за рабочую основу и на ней строится дальнейшая операция, совершенно провальная, под названием «Оперативный эксперимент», в которой фиксируется, что господин Окороков уговаривает господина Нестеренко сходить к общему знакомому, с которым они знакомы, один 15 лет, другой 20 лет. И взять у него некий конвертик, поскольку тот приболел и сам не может встретиться с Окороковым, которому самому очень некогда. Нестеренко приезжает к Колганову, где производится видео-запись разговора двух лиц — Нестеренко и Колганова, прошедшего инструктаж.>>Подробности читайте здесь

«Ты же передать должен был?..Ого, так много»

Как устанавливали прослушку в кабинете генерала ФСБ РФ

Автор: Иван Харитонов